Ранним утром 17 сентября, ещё затемно, у храма Даугавпилсской 1-й Новостроенской староверской общины собралось необычно много людей. Настолько, что спешащие на работу прохожие невольно замедляли шаг и оглядывались. Во дворе храма отслужили краткую литию в дорогу, испросили у Господа благословения на предстоящий путь, и большой автобус тронулся в сторону Тарту.
Провожал нас дождь, но, едва пересекли эстонскую границу, небо прояснилось, и все два дня поездки погода благоволила паломникам: было тепло, солнечно, и радость эта чувствовалась не только в общении, но, кажется, разлилась и в самом воздухе.
Организатором поездки выступил Сергей Язепович Галавецкий, и именно его чёткой и оперативной работе обязаны тем, что даже небольшие коррективы в маршруте не создали ни малейших трудностей. Программа была выполнена без единого сбоя, что само по себе стало маленьким свидетельством того дисциплинированного, собранного духа, который и подобает христианину в пути.
Одно из правил доброй, продуманной поездки – это не приезжать в незнакомое место с «пустыми руками», а иметь хотя бы небольшое представление о том, что предстоит увидеть. Так было устроено и в нашем путешествии: перед прибытием в каждую очередную точку маршрута в автобусе звучал короткий рассказ о месте, куда мы направлялись, и то, что дальше открывалось глазам, воспринималось уже не как случайная остановка, а как узнавание. А по-настоящему подробно и живо о самих городах и святынях нам рассказали профессиональные гиды. Их было четверо, и от них мы узнали множество вещей, о которых обычный туристический маршрут обычно умалчивает.
Тарту. Город на реке, помнящей многое.
Дорога до Тарту заняла несколько часов, и провели их не в пустых разговорах. Ещё в автобусе, следуя старой паломнической традиции, настроились слушать рассказ о земле, в которую въезжали. От гида в Тарту мы узнали, что перед нами не только самый древний город Прибалтики, университетская столица Эстонии, но и город, который в разные века носил имена Юрьев и Дерпт, причём русское имя город получил ещё в XI веке, по имени князя Ярослава, в крещении Георгия, то есть Юрия. Гуляя по Ратушной площади, у фонтана с целующейся парочкой, негласного символа вечно юного и вместе с тем самого старого города Прибалтики, слушая рассказ об Ангельском и Чёртовом мостах и о знаменитом Дерптском университете, основанном в 1632 году, трудно было не почувствовать ту особую ауру, в которой средневековье соседствует с романтикой студенческих традиций.
Но для нас Тарту был не просто туристической жемчужиной. Мы узнали, что именно на реке Эмайыги, на которой стоит город, в 1472 году, в день Богоявления, священник Никольской церкви Исидор Юрьевский вместе с 72 прихожанами освящал воду и принял за веру мученическую смерть от рук латинских властей. Мы прошли по этим берегам, зная теперь, что ступаем по земле, где вера уже однажды была испытана до конца. После церковного раскола XVII века многие из непринявших новых обрядов нашли себе прибежище именно здесь, в Лифляндии. Южнее Тарту стояла Ряпинская мыза – усадьба, отданная в начале XVIII века под общежительство федосеевцам, ученикам Феодосия Васильева. Скит простоял недолго, всего семь лет, и в 1719 году был разорён по доносу, но люди, изгнанные с Ряпины, не исчезли: они осели в Дерпте, у посада Чёрного, нынешнего Муствеэ, и по всему западному берегу Чудского озера. Так и родились те поморские общины, к которым мы сегодня приехали как свои к своим.
Тартуская моленная представляет собой маленький, уютный дом, разместившийся в 1946 году в подбашенном помещении некогда большого молитвенного дома, разрушенного войной. На восстановление остального прихода до сих пор не хватило сил, но и в этом скромном пространстве сохранились иконы XIX века и работы местных иконописцев XX столетия. Знакомство с моленной стало для группы не экскурсией, а настоящей тихой, сосредоточенной встречей без суеты.
Кюкита: молебен иконе Божией Матери “Неопалимая Купина”.
Из Тарту путь лежал в Причудье, на восточный берег Эстонии, где расположены древнейшие поморские моленные. Первой точкой был город Муствеэ. Главной святыней Муствеэ является Троицкий храм, крупнейший поморский храм не только этого края, но и всей Эстонии. Построен он в 1927–1930 годах и вмещает больше тысячи человек. Размах, который сразу говорит о том, насколько многочисленной и крепкой была здесь старообрядческая община в первой половине XX века. Это не скромный молитвенный дом, приспособленный из чужого здания, как в Тарту, а храм, построенный самими причудскими староверами, по-настоящему для себя и с размахом. Особую ценность храму придают роспись и иконы, в создании которых участвовали мастера, чьи имена хорошо известны в старообрядческом мире: Гавриил Фролов, Пимен Софронов и М. Солнцев. Пимен Софронов, в частности, один из самых значительных иконописцев старообрядческой традиции XX века, и то, что его работы находятся именно здесь, в Муствеэ, делает этот храм не просто действующей моленной, но и подлинным собранием церковного искусства. После этого все отправились на общую трапезу, которая стала не просто обедом, а продолжением общения двух общин, живущих в разных странах, но хранящих одну веру.
После трапезы группа побывала в храме Кюкиты, одном из старейших молитвенных домов этого края. Здесь паломников ждало, пожалуй, самое духовно насыщенное событие всей поездки. Именно в этот день, 17 сентября по новому стилю (4 сентября по старому), Церковь чтит память иконы Божией Матери «Неопалимая Купина» и в этом храме мы отслужили молебен с чтением канона иконе «Неопалимая Купина». Для этого молебна объединились причетники сразу нескольких общин — Даугавпилсской 1-й Новостроенской, Гривской, Володинской, Войтишской, Энджельской и непосредственно эстонских общин Причудья. Совместный хор пел с большим чувством, и, по общему признанию участников, пение это стало одним из самых сильных впечатлений поездки: голоса разных общин, привыкшие каждая к своему укладу, слились в один слаженный, тёплый и глубоко молитвенный строй. Перед началом службы Георгий Алексеевич обратился к собравшимся с приветственным словом. В этом слове, обращённом к людям сразу нескольких общин и двух стран, звучала главная мысль всей поездки: вера, сохранённая на чужой земле, остаётся своей, пока её хранят люди, а не музейные витрины.
Дорога как школа: духовные стихи в автобусе.
Переезды между точками маршрута не стали пустым «окном» между храмами. Ещё до отъезда были подготовлены листки с текстами духовных стихов, и в автобусе, во время долгих перегонов, звучали «Умоляла мать родная», «Что ты спишь, душе моя», «Блажен, кто мудрости высокой» и другие. Это те стихи, которые в старой христианской традиции пелись в дороге, у ворот, за работой, когда книги были не всегда под рукой, а память должна была держать веру и молитву. Вокруг этих стихов завязывались и живые беседы о смысле слов, и эти разговоры оказались едва ли не ценнее любой лекции: короткий, живой ответ наставника запоминается лучше долгого рассказа. Так дорога сама стала частью паломничества, а не промежутком между храмами. Это было время совместного пения и духовного научения.
Нарва: два исполина на одной реке.
На второй день, после подъёма и завтрака, паломники отправились в Нарву. Гид рассказал, что здесь история словно материализовалась в редком по красоте и драматизму архитектурном ансамбле: на противоположных берегах реки, на расстоянии буквально полёта стрелы друг от друга, стоят два каменных исполина: замок рыцарей немецкого ордена и русская Ивангородская крепость. Трудно найти во всей Европе более выразительный образ двух миров, глядящих друг на друга через узкую полосу воды.
Пюхтица
По программе группа посетила территорию, которую местные назвали святой ещё задолго до того, как там образовался Пюхтицкий Успенский женский монастырь. Смотреть на это стоило именно как на историческое место, интересное и по-своему красивое, но отдельное от того пути, ради которого мы приехали в Эстонию, и группа сохранила эту внутреннюю грань.
Муствеэ — столица Причудья
После Пюхтицы — «Журавлиной горы» — мы вновь вернулись в Муствеэ. От гида, который нас здесь встретила на берегу Чудского озера, мы узнали, что Муствеэ по праву называют городом пяти церквей: нигде больше в Эстонии не встретишь такого плотного соседства разных религиозных традиций на одной улице. Также мы посетили музей староверов Муствеэ, где представлены традиционная одежда, предметы обихода, рукоделие, инструменты, старые фотографии и книги причудских старообрядцев. Для кого-то из участников это стало возможностью увидеть вживую то, о чём прежде знали лишь по рассказам старших, а у кого-то осталось в памяти с детства — быт и уклад той же веры, но на другом берегу.
Вместо заключения
К полуночи автобус вернулся в Даугавпилс. За два дня группа проехала через земли, которые по языку и государственной принадлежности были и остаются чужими, но берег, река и озеро, вдоль которых мы ехали, оказались теми же самыми, на которых наши духовные предки держали службу без малого триста лет. Благодаря обстоятельным рассказам гидов мы узнали, как разорённый Ряпинский скит стал началом целой сети причудских общин; узнали, что связывает Тарту с именем священномученика Исидора Юрьевского; услышали от местных хранителей музеев и общин то, чего не расскажет ни один обычный туристический маршрут. А главное, вновь пели вместе те духовные стихи, которые в наших общинах сегодня, увы, помнят всё реже, и своими глазами увидели, что вера на этом берегу сохранилась не в музейной витрине, а в живых людях, которые встречали нас как своих.
Благодарим Сергея Язеповича Галавецкого за безупречную организацию поездки, всех причетников и певчих объединённого хора за молитвенное пение в Кюките, а эстонских братьев и сестёр из общин Тарту, Кюкиты и Муствеэ за тёплый приём и общую трапезу.
Слава Богу за всё!
Фото: В.Ростов
